Majakovskij

Подступает

       голод к гландам…

Только,

      будто бы на пире,

ходит

   взяточников банда,

кошельки порастопыря.

Родные

   снуют:

— Ублажь, да уважь-ка! —

Снуют

   и суют

в бумажке барашка.

Белей, чем саван,

из портфеля кончики…

Частники

    завам

суют червончики.

Частник добрый,

частник рад

бросить

      в допры

наш аппарат.

Допру нить не выдавая,

там,

 где быт

    и где грызня,

ходит

   взятка бытовая, —

сердце,

   душу изгрязня.

Безработный

      ждет работку.

Волокита

    с бирж рычит:

«Ставь закуску, выставь водку,

им

 всучи

    магарычи!»

Для копеек

       пропотелых,

с голодухи

    бросив

          срам, —

девушки

      рабочье тело

взяткой

      тычут мастерам.

Чтобы выбиться нам

         сквозь продажную смрадь

из грязного быта

       и вшивого —

давайте

   не взятки брать,

а взяточника

      брать за шиворот!

Париж,

   как сковородку желток,

заливал

   электрический ток.

Хоть в гости,

     хоть на дом —

женщины

    тучею.

Время —

   что надо —

распроститучье.

Но с этих ли

     утех

французу

    распалиться?

Прожили, мол,

      всех,

кроме

     полиции.

Парижанин

    глух.

Но все

   мусьи

подмигивают

      на углу

бульвар де Капюси́н.

Себя

 стеля

идущим

   дорогою,

на двух

   костылях

стоит

  одноногая.

Что

 была

    за будущность?

Ну —

  были ноги.

Была

     одной из будочниц

железной

       дороги.

Жила,

     в лохмотьях кроясь

жуя

 понемногу.

И вдруг

   на счастье

       поезд

ей

    срезал ногу.

Пролечена

    выплата.

Поправлена

     еле,

работница

    выплюнута

больницей

    в панели.

Что толку

    в ногатых?

Зеваешь,

      блуждая.

Пресыщенность

          богатых

безножье

       возбуждает.

Доказательство —

       налицо.

Налицо —

    факт.

Дрянцо

   с пыльцой,

а девушка

    нарасхват.

Платье

   зеленое

выпушено

    мехом,

девушка

      определенно

пользуется

    успехом.

Стихом

   беспардонным

пою,

    забывши

      меру —

как просто

    за кордоном

сделать

   карьеру.

Вам, проживающим за оргией оргию,

имеющим ванную и теплый клозет!

Как вам не стыдно о представленных к Георгию

вычитывать из столбцов газет?!

Знаете ли вы, бездарные, многие,

думающие, нажраться лучше как, —

может быть, сейчас бомбой ноги

выдрало у Петрова поручика?..

Если б он, приведенный на убой,

вдруг увидел, израненный,

как вы измазанной в котлете губой

похотливо напеваете Северянина

Вам ли, любящим баб да блюда,

жизнь отдавать в угоду?!

Я лучше в баре бля*ям буду

подавать ананасную воду!