Мрачный, монотонный бит с далёким пианино, как у Лундмоена. Голос с придыханием, чуть нараспев, с хрипотцой.
Пятнадцатый этаж — окно в сетке.
Дождь стучит по карнизу,как метроном.
Мы с тобой в подъезде,как в капсуле времени,
Где граффити стареют быстрей,чем отцы.
Ты щелкаешь зажигалкой,ловя мой взгляд,
На стене— объявленье: «Пропала душа».
И мы знаем адрес,но молчим, как в сговоре,
Потому что эта душа— это мы.
А лифт всегда пахнет чужим пивом и страхом,
А в сердце— антенна, ловит только помехи.
И мы не трудные,мы просто живые,
Но для этого дома мы слишком шумные.
Так ломай об меня голову, будь круче всех сучек!
Я тот случай,что не запишут в диспанчер.
Наш подъезд— черная весна, вечный «чёрный четверг»,
А любовь— это просто вонючий побег.
Просто вонючий побег!
На парковке горят фары — кто-то ссорится навсегда.
Твой свитер с дыркой на локте,как вход в другой мир.
Мы делим на двоих один наушник и кодеин от скуки,
Под аккомпанемент воя ветра в мусоропроводе.
Говоришь:«Давай сольёмся с этой плиткой, станем частью узора».
Но в бетоне трещина,и в ней прорастает мятеж.
Каждое«нормально» — это ложь во спасение,
Наше спасение— в гуле холлов, где время течёт иначе.
А лифт всегда пахнет чужим пивом и страхом,
А в сердце— антенна, ловит только помехи.
И мы не трудные,мы просто живые,
Но для этого дома мы слишком шумные.
Так ломай об меня голову, будь круче всех сучек!
Я тот случай,что не запишут в диспанчер.
Наш подъезд— черная весна, вечный «чёрный четверг»,
А любовь— это просто вонючий побег.
Просто вонючий побег!
Музыка становится почти тихой, только пианино и шум дождя.
Здесь каждый квадрат — свидетель. Стены помнят всё:
Первый поцелуй у почтовых ящиков,
Первое предательство на лестничной клетке.
Мы— архив неслучившихся жизней в два этажа.
Диспетчер на крыше кричит в пустоту...
Но его никто...его никто не слышит.
Энергия возвращается, но более размазанная и отчаянная.
Ломай! Ломай! Ломай об асфальт и гранит!
Мы— искра в системе, короткое замыкание.
Наш двор— колодец, а небо — лишь слух.
И мы не уйдём,пока не спалим эту тишину дотла!
Пока не спалим...эту... тишину...
Звук замыкающейся двери лифта. Затем — тишина, прерываемая гудком телевизора из-за двери какой-то квартиры.
