Отобранная жизнь

Жизнь зациклена в рамках домашних стен.

Не тюрьма, но выхода нет.

Работать? Мечтать? Семью создать?

Тебе говорят: «Твоя жизнь — не твоя жизнь».

Шаг за порог — и ждёт тебя окоп,

Блиндаж или дом, что отнят у мирных.

Пасть земли, где кончается свет.

За чужие деньги — твой билет.

Всё, что хотел — просто быть. Просто дышать.

Но теперь твой удел — молчать и ждать.

Бег на месте. Вперёд — только смерть и не дышать.

Он хотел жить! Любить!

Ходить босиком по земле, чувствуя тепло.

Радоваться небу, где нет облаков-самолётов,

Солнцу, что греет, а не слепит через прицел.

Встречать рассвет, теряться в её поцелуях,

И на тёплом песке, засыпать под шум прибоя…

Выбора нет. Сидеть и ждать.

Или мясом стать в бессмысленной игре.

Ты — расходник в учебнике по геополитике.

Разменная фигура. Статистика в сводке.

Рыть землю, чтобы лечь в неё самому.

За чужие флаги, за чужую страну.

Твоя правда здесь никому не нужна.

Твоя честь — стать прахом героя-воина.

Не герой. Не солдат. Просто мясо. Фарш.

Под крики про «долг» и патриотичный марш.

Всё, что имел — отнято. Подписью в приказе.

И душа рвётся на части в кровавой массе.

НЕТ! Я НЕ ХОТЕЛ ЭТОГО!

Он хотел жить! Любить!

Ходить босиком по земле, чувствуя тепло.

Радоваться небу, где нет облаков-самолётов,

Солнцу, что греет, а не слепит через прицел.

Встречать рассвет, теряться в её поцелуях,

И на тёплом песке, засыпать под шум прибоя…

Тихо теперь. Всё кончено.

Ни боли, ни страха. Никого.

А теперь он убит. Лежит в придорожной посадке,

где ржавеют машины.

Ни метки, ни креста. Никто не знает, где он.

Это их секрет. Правда —их враг.

Сотрут в порошок и останется лишь туман.

«Не бойтесь, герои!» — кричит их экран.

Чтобы народ не узнал цену этой аферы,

Какие преступления совершены.

Чтобы молчали, глотая свою боль.

А потом забросают землёй за чужую роль.

Ради интересов другого государства…

Ради величия на чужом костлявом троне…

Ради газа, стали, иллюзий и процентов…

Моя жизнь… Моя любовь… Моё небо…

Всё… зачёркнуто.