Как же благодарен я за то, что ты меня зачал,
За то, что стал истоком большинства моих проблем начал.
И чтоб не быть мне эгоистом, вот моя отплата —
Я с благодарностью хочу сказать тебе:
Спасибо, папа!
Спасибо за прекраснейшее детство, в котором был со мной,
Ведь мамочка пахала ежедневно, пока ты бухой
Проявлял свою особую заботу выбором ремня,
Которым в целях поучительных хуярил ты меня.
Я благодарен, что, забирая меня с садика домой,
Проверял ты, что мы ели, сжимая мне плечо рукой:
«Не вспомнил — ничего, готовься, дома я напомню».
Ремнём ударами, по наливающейся плоти кровью.
Я помню тот, наверное, драгоценнейший тебе салат,
Что был как для оккупированного города последний провиант.
С надеждою вкусить последний глоток жизни
Ты обнаружил его на столе, где он стоит и киснет.
Какая конченная тварь могла так поступить?
Свести бы счёты с ней, с кровати за ногу стащить,
Одним ударом чтоб о батарею уебался, повалить,
Ну а с ноги урок свой нужно закрепить.
Спасибо, папа, что уроки помогал учить!
Я помню, как пришёл впервые помощи твоей просить.
Так ясно, с расстановкой мне всё объяснял.
Увидя, что не понял я, тактику ты поменял.
Ведь все мы знаем: унижения — рычаг прогресса.
А если слабо помогает, то ради интереса
Попробуй невзначай ударить по затылку,
В нос или грудь уже сильней — чтобы как в копилку,
С ударов горстью и под шлейфом унижений
На стуле в комнате сижу и отмеряю миллион мгновений,
Когда ты встанешь и придёшь уроки проверять,
Или не встанешь и уснёшь, а я, упав в кровать
Без сил, после трёх ночи выдохну свободно,
Мечтая оказаться в другом месте, да и с кем угодно,
Только не с телом, что, как цербер, может вдруг проснуться.
Уйдя гулять, я ощущал спокойствие, уют. Вот бы не вернуться.
Спасибо, папа, что с любовью ты меня взрастил,
Ни одного момента сделать травму ты не упустил.
Я благодарен искренне за все те избиения,
За детский плач, преследующий те мгновения.
Тот мир огромный, полный радостей, надежд и прочих постулатов
Ты заменил мне тусклой комнатушкой, въедающихся страхов.
Теперь скитаюсь я в трясине, средь гнилых болот,
С надеждой, что утраченный малыш всё же меня найдёт...
